[indent][indent][indent]«танго на битом стекле»

[indent]венеция конца шестнадцатого века научила данте двум вещам: маски скрывают всё, а истинное наслаждение всегда пахнет кровью. к моменту их встречи с соней в париже в 1889 году он уже был трехсотлетним хищником, пресыщенным вечностью. соня тогда была еще «правильной» дочерью в руках доминика [их общего создателя], и данте стал для нее запретным плодом. он ворвался в ее стерильную жизнь, научив чувствовать пульс под кожей, а не только холод стали.

[indent]в 1920-х в чикаго их связь превратилась в то, что доминик назвал «эмоциональной чумой». они практиковали обмен кровью, создав ментальную петлю, которая едва не стоила им обоим рассудка. точкой невозврата стала идора — личная ведьма доминика. она нашла их и попыталась вразумить соню, предостерегая ту от фатального влияния данте. моретти не стал слушать — он просто сломал ей шею, а соня… соня промолчала. она не побежала к «отцу» с признанием, побоявшись его разочарования. этот секрет стал их первой настоящей клятвой на крови.

[indent]финал наступил, когда доминик, почуяв неладное, пригрозил лично вырвать данте сердце. моретти не стал дожидаться казни — он пришел к соне с ультиматумом: «мы уходим сейчас, или этот мир сгорит для нас обоих». он не принял отказа, и их прощание на пирсе озера мичиган превратилось в кровавую потасовку. соня выбрала верность доминику. она вонзила кол в сердце данте, но не смогла провернуть его до конца. она оставила его гнить в воде, веря, что солнце закончит дело. его спасла ведьма-должница, и спустя сто лет он вернулся.

[indent][indent][indent]от лица Данте . . .

[indent]ты ведь думала, что секреты умеют только разлагаться, правда, love?

[indent] четыре столетия — это слишком долгий срок, чтобы научиться прощать, но вполне достаточный, чтобы отточить ненависть до блеска бритвы. ты помнишь вкус озерной воды и ржавчины на своих губах в ту ночь, когда твой клинок вошел мне точно между ребер? я видел в твоих глазах не ненависть — о нет, там была лишь трусость. страх перед «папочкой», который мог узнать, что его идеальная дочь позволила мне прикончить его любимую ведьму. ты оставила меня умирать, соня, и это было самым нежным, что ты когда-либо для меня сделала. ты подарила мне свободу ненавидеть тебя целый век.

[indent] и вот я здесь. в твоем стерильном, пахнущем неоном и дорогим парфюмом клубе. смотрю, как ты вытираешь кровь с манжет, изображая из себя верную наследницу империи. но я-то знаю правду, кошка. я видел тебя настоящую еще в париже, когда ты впервые позволила себе сорваться с поводка. я помню, как ты замерла над телом идоры, и как в твоем взгляде расчет победил преданность. ты ведь до сих пор не сказала ему, куда делась его ведьма, верно? ты носишь этот труп в своем шкафу уже сто лет, и он начинает смердеть.

[indent] ты можешь натравить на меня всех псов мэдсена. можешь снова попытаться вырвать мне сердце, как он обещал когда-то. но ты ведь чувствуешь этот зуд под кожей? это наша связь, соня. та самая нить, которую мы сплели из крови и лжи еще в чикаго. я вернулся не для того, чтобы мстить. я вернулся, чтобы сжечь твой кукольный домик до основания и посмотреть, как ты будешь танцевать в этом пламени, когда доминик узнает, чью сторону ты выбрала на самом деле в том переулке.

[indent]— скучала по мне, маленькая лгунья? — голос хриплый, пропитанный дымом и четырехсотлетней жаждой. ты чувствуешь мой запах — старой венеции, табака и той самой опасности, от которой у тебя подкашиваются колени. ты можешь врать доминику. можешь врать миру. но мне ты не соврешь. ты всё еще та девочка, которая хочет сжечь этот мир, и я — единственная спичка, которая тебе для этого нужна.

[indent] ну же, соня. доставай свой кол. проверим, дрогнет ли твоя рука на этот раз, когда я начну рассказывать нашему «отцу» сказку о мертвой ведьме и его преданной дочери. или ты наконец-то позволишь себе сойти с ума вместе со мной?

[indent][indent]шах и мат, соня. твой личный дьявол вернулся домой и на этот раз я не дам тебе закрыть глаза

дополнительно: давай танцевать на костях вместе. любить _ ненавидеть _ гореть. за всеми подробностями в личку, с тебя актив и красивые посты, с меня сейм. если у тебя лапки - одену. если свои идеи - выслушаю. пишу от второго, лапсом. предпочитаю посты - эмоции. любишь такое? значит мы поладим

ich habe keine lust mich nicht zu hassen
[indent=2,1] Дина смотрит на Дэниэла с презрением [практикующие колдуны у нее никогда не вызывали никакого уважения]. Дэниэл смотрит на Дину с презрением в ответ — шлюхи ему тоже никогда не нравились.

[indent=2,1] Его мать была чистокровной ведьмой, отец — прирожденным колдуном. А Дэниэл? Просто человек. Он рос в окружении пыльных фолиантов, древних знаний и магии, которой он был лишен. В нем с каждым годом всё сильнее укоренялись обида и ярость. Расползались ядовитым плющом под ребрами, заставляя сердце черстветь с каждым прожитым годом. Он видел как в младшем брате просыпалась магия: Дэниэл каждый раз сжимал зубы от досады, видя как мальчишка поднимает вверх опавшие листья и зажигает свечи, не чиркая зажигалкой.

[indent=2,1] Дэниэл хотел придушить его ночью, пока тот спит. Зависть и гнев, помноженные на подростковые гормоны, — вещь взрывоопасная. Бэлл уже и не вспомнит как он узнал, что силу можно заполучить [украсть]. Бэлл не помнит, как он словно в бреду читает ритуал, призывая темную сущность. Она поселяется в душе [в том, что от неё осталось]. Дэниэлу плевать, он хочет все и сразу, что магия может ему дать.

[indent=2,1] А потом происходит страшное: он теряет связь с реальностью, воображает себя богом. Он отдает этой сущности брата в жертву, а вместе с ним — и последние остатки своей человечности.

[indent=2,1] Дина кривится при виде него: она прекрасно помнит, на что она готова была пойти ради бессмертия. И в глубине своего уже не бьющегося сердца она понимает — какие же они, сука, одинаковые.

[indent=2,1]  [indent=2,1] И это сжирает её больше всего.

дополнительно: неменяма только раса, всё остальное подлежит обсуждению! если вам хочется поиграть в ultraviolence и взять персонажа, который напрочь лишен моральных устоев и принципов — это то, что вам нужно! можете даже обосновать секту имени себя, почему нет. хочу отборную ненависть, чтобы аж кривило при одном упоминании, а все остальное вместе придумаем <3

[indent][indent][indent][маркус знает, что он на цепи, но даже не пытается её разорвать.]

[indent]его первый день с готами был абсурдом.

[indent][мортимер допрашивает о каждой строчке в резюме маркуса будто того поймал за яйца сам интерпол, но он спокоен, отвечая на все. он знает, что кофе не просто кофе, а намешанная волшебная дрянь с зельем правды. пьет его все равно, даже если тошнота уже подкатывает к горлу. хуже правды в его мире лишь ложь для блага.]

[indent][indent]стая? новый орлеан. семья? отец, братья. двое. последнее место работы? фбр. почему ушел?

[indent]он не вдается в подробности. не рассказывает об обостренном чувстве справедливости и правосудии совершенном своими руками, когда он не имел на это никакого права.

[indent][indent][indent]зверю там не место.

[indent]мортимер гот смотрит на него так, будто видит на нем всю кровь, которую он когда-либо пролил. маркус позволяет. 

[indent][indent][indent][indent]хорошо. ему место здесь.

[indent]маркус ждал заданий. списка с именами неугодных, которым завтра было уже не суждено увидеть рассвет, а он бы забыл их уже через час, потому что выписанные готами чеки слишком большие, чтобы задавать какие-либо вопросы.

[indent]александра - всё, что он получает взамен.

[indent]от нее пахнет цветами с могил и холодом, травами и сладким гранатом, старыми книгами и воском свечей. он дает этому запаху въесться себе под кожу, чтобы даже свои знали, что он уже не их. её руки слишком горячие для того, кто работает с мертвецами, и иногда засыпает на могиле брата-близнеца, откуда приходится забирать и нести обратно к дому. её тело хранит больше шрамов, чем его, и слишком мягкое под его прикосновениями для того, кто  притворяется, что это ничего не значит.

[indent]она встречает его с шипами, острее, чем те, что у мертвых роз у могил. огрызается похлеще любого волка, будто забота, которую он и вся семья готов вливают ей прямо в глотку, это чистый яд. он не знает, что заставляет её измениться, он сам, взросление или просто время. маркус находит к ней подход, потому что да, саша хрупкая, но не как стекло, а как бомба; один неверный провод и все пойдет на воздух. она тянется к знаниям, а он к ней. его силы хватает, чтобы таскать десятки гримуаров к ней одновременно и достаточно быстро, прежде, чем она успеет передумать, и пошлет его за чем-то еще. он не останавливает её экспериментов, пусть бы и очень хотел, но никогда не оставляет её в одиночестве. маркус первый, кто видит её кровь и каждую новую рану, чтобы их зализать быстрее, чем об этом узнают остальные, и первый, чтобы напомнить о её глупости рожденной гениальностью.

[indent]саша дает к себе прикасаться с каждым разом все больше, позволяя и ему обладать хоть какой-то её частью. её руки едва ли не оставляют за собой ожоги, но заставляют забыть о старых ранах будто в каждом прикосновении есть проклятая магия. её кожа не пахнет смертью, в ней травы и жизнь, сладость, которую хочется выпить до дна. в его объятиях она наконец-то живая, настоящая. александра шепчет, что он заставляет её забыть о боли и о чувстве вины. что быть с ним также просто, как дышать. морган верит ей, как она доверяет его рукам, даже зная, что они по локоть в крови.  он приходит к ней с каждым рассветом, выполнив очередное задание от готов, и она все ещё смотрит на него будто его место рядом с ней.

[indent]маркус устал. он бы хотел забрать её целиком себе; закрыть от всего мира в кольце рук и никогда не отпускать, но она едва ли его хоть на каплю от того, насколько он принадлежит ей. он тяжело сглатывает под взглядом мортимера гота, зная, что волк не ровня ведьме древнего рода. они ждут наследников, её брак с кем-то из чистокровных, как они. только мортимер не видит, как александра все равно находит дорогу к его комнате, наплевав на кодекс семьи в очередной раз. кровь превыше всего, говорят готы.

[indent][indent][indent][indent]никакая кровь не имеет значения, когда она рядом с ним.

[indent]александра это боль и безумие в красивой оболочке, как аконит под вену. стоило сказать "нет" как только он узнал, что быть рядом с ней равноценно, если не смерти, то недопустимой слабости как перманентное лунное затмение. он мог бы вернуться домой. дать кому-то другому занять ее место. наконец-то с кем-то запечатлиться и больше никогда не вспоминать о ведьме со смертью на кончиках пальцев.

[indent][indent][indent]мог бы.

[indent]без неё еще хуже. дом и долг теперь там, где она, и даже его смерть в её руках, если она этого пожелает. он сам протянет ей нож, и в этот момент его жизнь будет иметь больше смысла, чем в любой другой момент.

[indent]он дает ей себя привязать, когда она предлагает это как шутку, как свой очередной эксперимент, потому что он и так давно у нее на коротком поводке. он едва не срывается на смех, когда ее магия проникает в вены и обвивает сердце. маркус даже не чувствует разницы в себе. только в ней.

[indent]александра наконец-то смотрит на него так, будто готова вырезать свое сердце, вскрыть как гранат и предложить ему, на открытых ладонях. сказать ешь и смотреть, как он возвращается к ней, весь в её крови, с ощущением её на зубах и в каждой клетке своего тела.

[indent][indent][indent][indent][indent][будто сейчас это не так.]

дополнительно:
если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое, но пошли по фактам, а не абстрактному нечто
● Маркус работает на семью Гот уже 27 лет, из которых практически все время он провел в качестве телохранителя Саши (а это значит он был всем, от няньки, психолога и крыши, до partner in crime и не только). Помимо его основной обязанности, он также занимался и другими делами для клана Готов, что касались их безопасности. Он верен семье и Саше как псина больше, чем кому-либо еще.
● Их отношения чистый пиздец эмоциональный парк аттракционов, если вы не поняли. И если спустя 27 лет они готовы наконец-то признать, что с этим надо что-то делать, семья Саши к такому явно еще не готова. Нам пиздец. Помянем 
● Все идеи доступны для совместного обсуждения, стекловарения, драмы, кровавых бань и чего угодно
● Биография до связи с Готами на ваше усмотрение. Имя_фамилия - можно менять, но Маркус ему идет     смена Дилана - уже под очень большим вопросом

посмотрите на них, ради бога

привет от брата

yearningggg

мемы

описание
Джейн смотрит на Тодда и видит не просто парня из компании Кэсса, а человека, который постоянно балансирует на краю, сам того не замечая.

Тодд — это вечное движение.

Она видит его пальцы, которые никогда не бывают в покое: они либо тасуют колоду с такой скоростью, что сливаются в одно пятно, либо нежно, почти невесомо, заправляют прядь волос ей за ухо.

Она обожает тот момент, когда его взгляд загорается. Это случается, когда Раш предлагает очередной безумный план. Джейн видит, как расширяются его зрачки, как едва заметно дёргается уголок губ в предвкушении. Для неё он — самый красивый в этой компании придурков именно потому, что в нём есть этот опасный блеск. Она видит в его глазах дикое нежелание взрослеть и становиться нормальным.

Когда они вместе вляпываются в историю, Джейн ловит его взгляд в зеркале заднего вида угнанной тачки. Это понимание без слов. Ей не нужно объяснять, почему это весело. Она чувствует его ладонь на своём бедре — горячую, уверенную — и понимает: они на одной волне.

Для неё он — магнит. Она видит, как он двигается в баре, как лениво опирается на стойку, и чувствует этот ток. Между ними нет тяжести будущего, есть только сейчас. Джейн не строит планов, она просто хочет сгореть вместе с ним в этом пламени.

Её бесит не сам факт его дружбы с Кэссом, а то, что Тодд доверяет Кэссу те грани себя, которые не всегда показывает ей. Она видит эту мужскую связку и чувствует себя лишней, когда эти двое собираются вместе с ней.

У него взгляд человека, который всё понимает, но делает вид, что ему плевать. Джейн видит, как он смотрит на неё — с такой нежностью, от которой сводит зубы, но за этой нежностью всегда прячется тень.

Для неё он — самый умный, она видит в нём искру, которую он старательно затаптывает каждый раз, когда соглашается на очередной угон или ограбление.

Джейн видит его со спины у окна — застывший силуэт на фоне свинцового неба Такомы. В пальцах тлеет сигарета, дым лениво ползёт вверх, а плечи напряжены так, будто он в одиночку держит свод этого паршивого города. Она кожей чувствует этот электрический заряд: Тодд любит её до боли, but он намертво впаян в эту грязь, в этот фургон и в безумные идеи Кэсса.

И он знает, что так не может продолжаться вечно.

Он думает за двоих, за то, что Джейн не должна жить так вечно, ведь она молода, у неё впереди будущее, а у него?

Он — мой билет в один конец и самый лучший способ проебать жизнь со вкусом в моменте, — вот что читается в её глазах, когда она прыгает к нему на заднее сиденье.

the shadow in the mirror

ты — его идеальный двойник, его искаженное отражение, застрявшее в твоем лице как заноза в ее сердце. соня нашла тебя в 1948-м, в послевоенном лондоне, среди руин и запаха дешевого табака. ты был уличным скрипачом, чей талант мог бы покорить мир, если бы туберкулез не выжигал твои легкие быстрее, чем ты успевал доиграть симфонию. когда она впервые увидела тебя в свете тусклого фонаря, она замерла, выронив из рук портсигар. та самая челюсть, тот самый разрез глаз, та самая порочная полуулыбка, которую она, как ей казалось, похоронила на дне озера мичиган вместе с данте моретти. ты излучал что-то похороненное ею — родное

она не просто спасла тебя — она создала тебя как памятник своему самому большому греху. она влила в тебя свою кровь, надеясь, что ты станешь тем «правильным» данте, которого она сможет контролировать, которого не нужно будет убивать. ты стал ее личным проектом, ее самым дорогим и мучительным приобретением. соня учила тебя всему: как держать спину, как скрывать жажду за светской беседой и как быть идеальным дополнением к ее образу принцессы ордена «астра». она любила тебя с той отчаянной нежностью, которую испытывают к воскрешенным призракам, и ненавидела за то, что ты — это не он.

«живое извинение» софии

ты так безумен в своей преданности, дорогуша, но я вижу, как ты морщишься каждый раз, когда я называю тебя «своим маленьким принцем». ты ведь знаешь, чье имя застывает у меня на губах, когда я слишком долго смотрю на твой профиль в полумраке «temptation». ты чувствуешь это, правда? ту самую невидимую нить, которой я привязала тебя к себе, надеясь, что твоя молодость и твоя преданность вылечат мою вековую рану.

я научила тебя быть изящным убийцей, я дала тебе всё — власть, деньги, вечность под крылом доминика. ты — мой фаворит, мой самый верный соратник, и я готова разорвать любого, кто посмотрит в твою сторону. но за этой заботой скрывается мой самый страшный садизм: я заставляю тебя носить лицо человека, которого я предала. я смотрю на тебя и ищу в твоих глазах те искры хаоса, что были у моретти, и злюсь, когда нахожу лишь твою безграничную, собачью верность.

— ты ведь понимаешь, почему я выбрала именно тебя среди тысяч умирающих? — я касаюсь твоей щеки кончиками пальцев, и моя рука дрожит. — ты — мой второй шанс, люциан. моё искупление. не заставляй меня снова браться за нож.

а теперь, когда данте вернулся в город, твой мир начинает рушиться. ты видишь его в клубе — того, кто выглядит как ты, но пахнет опасностью и настоящим, не выдуманным мной безумием. ты чувствуешь, как я меняюсь в его присутствии, как мой контроль, который я выстраивала десятилетиями, рассыпается в пыль. ты ревнуешь, дорогуша? или хочешь защитить как доминик. ведь ты — лишь тень на стене, а он — то самое солнце, которое когда-то сожгло мою душу. ты мое наследие — единственный из тех кого я обратила, что достоин зваться сыном
дополнительно: имя опционально, лицо нет. не предлагаю любить меня как единственную женщину на планете. давай лучше привязанность поглубже с ноткой вечной благодарности за спасение, и ненависти за то что я ебанутая и вижу в тебе другого. ты можешь спать хоть со всем городом [разрешаю], главное чтобы в твоем сердце было особое место для меня. надели персонажа крепким характером, внутренним стержнем, способным гнуть свою линию вопреки, а не назло. в общем, всякие детальки обкашляем по личкам