Здесь делается вжух 🪄

лучший пост от РАНВЕЙГ
Он стоит пред ней на расстоянии вытянутой руки. Беспечные кудри, обрамляющие знакомое сердцу лицо, треплет холодный северный ветер; щеки от кусачих порывов красны... [читать далее]
фентези | мистика | псевдоисторичка

GOLIATH. WORLDS COLLIDE

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » GOLIATH. WORLDS COLLIDE » Приёмный раздел » Шень Тинхэ, 28 - следопыт и лазутчик в тайной страже Ситана


Шень Тинхэ, 28 - следопыт и лазутчик в тайной страже Ситана

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

https://upforme.ru/uploads/0011/79/36/2/554652.gif  https://upforme.ru/uploads/0011/79/36/2/933925.gif
ШЕНЬ ТИНХЭ
( Сяо Хэ (Xiao He) — "маленький журавль", детское прозвище, которым до сих пор кличут среди родных;
Хэ Дажэнь (He Daren) — "господин журавль", придумали сослуживцы из отряда, поддразнивая Тинхэ за невозмутимый вид и немногословность
)

https://forumstatic.ru/files/001b/13/57/69490.png
следопыт и лазутчик в тайной страже Ситана 28

[ fc: li yunrui ]
человек / Дизария, Ситан / 23.09.1464

РОДСТВЕННЫЕ СВЯЗИ:

Шэнь Чжунъюань, 81 год. Дед по отцовской линии, старейшина рода. В прошлом прославленный охотник и проводник. Несмотря на почтенный возраст, сохраняет значительное влияние в семье.
Линь Ланьин, 77 лет. Бабушка, урождённая Линь. Знаток лекарственных растений.
Шэнь Вэньчжоу, 56 лет. Отец, глава старшей ветви семьи. Опытный следопыт и охотник.
Вэнь Жосинь, 52 года. Мать. Занимается семейным хозяйством и разведением лошадей.
Шэнь Цзиньюань, 34 года. Старший брат, картограф и исследователь.
Шэнь Цинлань, 31 год. Старшая сестра. Разводит и обучает охотничьих животных.
Шэнь Юньчжоу, 24 года. Младший брат, охотник.
Шэнь Жоюй, 20 лет. Младшая сестра. Изучает естественные науки, в частности растения и их свойства.

Шэнь Тинхэ родился в старинной и весьма (плодовитой) многочисленной семье, чьё имя известно далеко за пределами родного Ситана. Не обладая ни наследственными титулами, ни несметными богатствами, Шэнь на протяжении многих поколений заслужили уважение своим ремеслом. Среди представителей рода встречаются искусные охотники, следопыты, картографы, исследователи и заводчики. За лучшими скакунами, выносливыми походными лошадьми и превосходно обученными гончими к ним обращаются представители даже из самых знатных семейств, а некоторые готовы проделать немалый путь, чтобы приобрести животное именно у Шэнь. Сам Тинхэ, которого домашние с детства ласково называют Сяо Хэ, довелось выбрать свою дорогу на государственной службе.

Его детство прошло в семье, для которой близость с природой была и остаётся образом жизни. Поколениями Шэнь учились понимать её язык: различать голоса птиц, предугадывать перемену погоды, узнавать повадки зверей и находить дорогу там, где прежде не ступала человеческая нога. Едва научившись уверенно держаться в седле, Тинхэ сопровождал старших на охоте и в путешествиях, оттачивая навыки в настоящее мастерство. Тинхэ обладает исключительной наблюдательностью, превосходно ориентируется даже в незнакомой местности и способен заметить следы чужого присутствия там, где другой не увидел бы ничего необычного.

В настоящее время Тинхэ часть тайной стражи Ситана и служит непосредственно под началом Лю Шанлиня, исполняя обязанности следопыта и лазутчика. Он не принадлежит к числу тех, кто способен выуживать государственные секреты за чашкой чая или искусно плести интриги при дворе. Зато там, где заканчиваются дворцовые стены и мощёные дороги, но начинаются непролазные чащи, горные тропы и бескрайние дикие земли, он чувствует себя в своей тарелке.

К животным питает особую нежность, которую далеко не всегда проявляет по отношению к людям. Хорошо подмечает перемены в поведении зверей, различает их настроение, повадки и умеет заслужить доверие даже самых пугливых созданий. Мыслей животных не читает, но зачастую понимает их намерения куда лучше, чем хитросплетения человеческих речей.

Тинхэ нельзя назвать неотёсанным дикарём. Он получил достойное воспитание, знает правила приличия и при (крайней) необходимости способен вести себя самым подобающим образом. Другое дело, что светское общество быстро его утомляет, любое подобострастие раздражает, а долгим и зачастую пустым беседам предпочитает конкретные действия.

Зато привык к шумным семейным сборам, бесконечным спорам между родственниками и тому, что даже в двадцать восемь лет непременно найдётся старший, готовый поучать жизни. Впрочем, как бы далеко ни заводила Шень Тинхэ служба, дорогу к родному дому Сяо Хэ сумеет отыскать всегда.

https://forumstatic.ru/files/001b/13/57/69490.png

СПОСОБНОСТИ И НАВЫКИ:
Отлично ориентируется на местности. Умеет определять направление по солнцу, звёздам и природным ориентирам, находить скрытые тропы, выбирать наиболее безопасные маршруты и подходящие места для засад. Владеет основами картографии. Читает следы людей и животных. Умеет приручать и дрессировать некоторых животных. Искусный охотник. Превосходно владеет луком и охотничьим ножом. Способен бесшумно передвигаться, маскироваться, устраивать ловушки. Знаком с лекарственными и ядовитыми растениями, может оказать первую помощь при несложных ранениях, укусах и отравлениях. Хороший наездник, выносливый и привычный к продолжительным походам.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО:

Верные спутники:
— Мо, крупный чёрный ворон, которого Тинхэ подобрал ещё птенцом и вырастил. Умён, своенравен, с хорошей памятью. Откликается на имя и выполняет выученные команды, хотя порой предпочитает делать вид, что вообще ничего не слышит. Сопровождает хозяина в странствиях.
— Хутоу, маленькая ласка. Неугомонная, любопытная и совершенно бесстрашная хищница. Обожает забираться в укромные места, исследовать (и утаскивать) чужие пожитки и охотиться на всё, что движется.
— Чанфэн, гнедой жеребец с густой чёрной гривой и небольшой белой звездой на лбу. Выведен и выращен в конюшнях рода Шэнь. Сильный и выносливый. При этом не терпит грубого обращения и далеко не каждому позволяет собой управлять.

Имущество:
— Лук и колчан со стрелами, изготовленные на заказ.
— Охотничий нож с потемневшей от времени рукоятью, полученный от деда.
— Походный набор следопыта: огниво, верёвка, простейшие лекарственные средства, принадлежности для починки снаряжения и прочие необходимые в дороге мелочи.
— Потёртый кожаный футляр с картами и собственными заметками о пройденных маршрутах, звериных тропах, источниках воды и особенностях местности.

ПРИМЕР ПОСТА

[indent]Сяолань уже не первый месяц не может вспомнить себя. Ни имени, которым её звали по-настоящему, ни дома, ни лиц тех, кто мог бы принять за родную. Память оставалась чем-то зыбким и упрямо недосягаемым. Иногда чудилось, что ещё чуть-чуть и она ухватится за нечто важное. Нужно только закрыть глаза, сосредоточиться и перетерпеть тупую боль в затылке от того, как тяжело там ворочаются мысли. Но на месте воспоминаний была лишь зияющая, бесформенная пустота. И Сяолань всё реже и реже предпринимала попытки вспомнить прошлое. А на красильнях, где она оказалась по воле случая, времени копошиться в воспоминаниях и не было вовсе.
[indent]О некоторых местах в Санкаре давно ходит дурная слава. Вот только ни Сяолань, ни другие сонмунцы, польстившиеся на щедрость хозяина, этого, конечно же, не знали. Зато сам он с появлением в Агре сотен обездоленных беженцев будто бы воспрял духом. Новые дешёвые, а самое главное неприхотливые, рабочие руки пришли к нему на сбитых по чужой земле ногах, испуганные и благодарные уже за то, что их не оставили пропадать на улице. Тех, у кого за спиной осталась разве что надежда, легко накормить ложными обещаниями и редкой миской пресной похлёбки. А кому не по душе подобного рода милосердие — свято место пусто не бывает. Всегда найдётся другая такая же бескровная простушка с потухшими глазами.

[indent]Ярой Сяолань стали звать уже там, в красильнях. Главный смотритель не любит длинные имена.
[indent]"Яра! Яра! Яра!", — кричал, подгоняя, когда Сяаолань что-нибудь в очередной портила.
[indent]"Я-а-ра-яра-яра", — улюлюкал, когда хотел поиздеваться, растягивая с противной насмешкой. Яра — скорее ругательство, чем имя. Больше кличка для упрямой собаки, которую никак не удаётся приучить к палке.
[indent]И за несколько невыносимо долгих месяцев Сяолань привыкла к новому имени. Привыкла вставать с рассветом и ложиться далеко за полночь, если это вообще можно назвать "ложиться", а не падать без сил. Привыкла к резкому запаху красок, въевшемуся в волосы. К красным, синим, жёлтым пятнам на коже, что не сходили неделями. К боли в спине, ломоте в ногах, чужим тревожным стонам по ночам. К тому, что утром всё равно придётся подниматься, даже если тело не успело как следует отдохнуть.
[indent]Шутка ли, что Сяолань-Яра-кем-бы-она-теперь-не-была вообще не знала, нужно ли к такому привыкать?
[indent]Может быть, в Сонмуне она тоже работала днями напролёт? Может быть, и раньше таскала тяжелую утварь, стирала руки до крови и с ног валилась от усталости? Может быть, ей только казалось, что мир её должен быть устроен как-то иначе.
[indent]А может быть, всё было так, как говорила Мади, когда порой смотрела так пристально, точно пыталась разгадать, кто же Яра на самом деле: "Не-ет, руку даю на отсечение, ты точно из благородных. Вот бы кто-нибудь пришёл, да забрал тебя отсюда... Ты же возьмёшь меня с собой?"
[indent]Ей хотелось. Боги, как же Яре хотелось, чтобы кто-нибудь действительно пришёл за ней. За ними всеми. Чтобы распахнулись ворота, и кто-то назвал её настоящее имя, которое она тут же вспомнит и вдруг окажется барышней высоких роду и племени — да хоть самой принцессой, почему бы и нет? И чтобы Мади перестала жутко шутить о том, что скорее съест собственную руку, нежели ещё раз попробует этого сомнительного вида варево. И чтобы ни одной из них больше не пришлось дышать этим влажным, ядовитым воздухом в месте, где жалкие тряпки стоят дороже людей.

[indent]В первые недели Яра много плакала — тайком по ночам, уткнувшись лицом в рукав, чтобы никто не слышал. Плакала от боли и усталости, от голода, унижения, бессилия. Утром глаза опухали, руки не слушались, и работа давалась ещё хуже, отчего её наказывали ещё сильнее. Смотритель то и дело как-то особенно мечтательно приговаривал, что спустит с неё шкуру, и девушка не сомневалась, что однажды обещание своё он исполнит. Если только не придумает забаву похуже.
[indent]"Всегда ли я была такой плаксой?" — сокрушалась Яра, роняя крупные горькие слёзы на истерзанные руки. А потом больно и сердито кусала губы, сдерживая всхлипы: даже если и была раньше — впредь не будет. Даже если где-то в затонувшем Сонмуне и жила девушка, что вечно ждала чьей-то жалости — здесь жалость не в почёте. Здесь придётся выживать, учиться на своих ошибках и крепко держаться на ногах, даже если хочется упасть. А ещё молчать, если язык сам просится уколоть обидчика ответом. За дерзость порой наказывают сильнее, чем за работу, сделанную из рук вон плохо. А если не приспособиться, значит, найти путь наружу. Не сегодня, так завтра. Не по земле, так под водой, по воздуху, по волшебству — как угодно, только не терпеть до смерти, тем более, что ждать её здесь придётся не так уж долго. Но вместо неё дождаться бы случая да выбраться.

[indent]Ну что ж... Молодец.
[indent]Морской бриз назойливо треплет спутанные волосы, что липнут к щекам, да лезут в глаза. Тело ноет от ударов смотрителя. Кожа горит там, где верёвки впиваются в запястья, стянув руки так туго, что пальцы давно онемели. Ноет сердце. Перед глазами всё ещё стоит Мади — страшно тихая и вмиг обмякшая, как будто одним лишь махом из неё вынули весь свет. В этой новой, чужой жизни они знали друг друга совсем недолго и слишком мало. Но слёзы, горячие и злые, наворачиваются на глаза. Яра могла бы безутешно расплакаться от горя и чувства вины за гибель Мади, но всё же из последних сил продолжает выворачиваться. До хруста костей, до острой боли в суставах пробует высвободить руки. Тянет, дёргает, сдирает кожу под грубыми верёвками, вот только смотритель искусен в пытках и издевательствах, и узлы тоже хорошо вяжет — не распутаешь. Насмерть.
[indent]Вода поднимается медленно и равнодушно. Нелу не забрала Яру в первый раз и, видимо, пришла спросить долг. Видимо, это и правда конец.
[indent]"Грустно умирать вот так..." — думает Яра, запрокидывая голову и пытаясь надышаться вдоволь, пока ещё можно. В чужой стране под чужим именем без памяти и без уверенности, что где-то в мире вообще есть человек, который мог бы её спасти или хотя бы будет по ней горевать.

+4

2

ГОЛИАФ ПРИВЕТСТВУЕТ ВАС!

Ваша анкета находится на проверке, при необходимости проверяющие администраторы направят свои вопросы и комментарии личным сообщением.

А пока, остерегайтесь Тумана и чудовищ, скрывающихся за ним. Говорят, спрятаться от них можно во флуде, что мы вам и советуем сделать. https://i.imgur.com/4i9kukz.gif

Подпись автора

https://i.imgur.com/4U0WISA.gif https://i.imgur.com/m2JqZD4.gif

+1


Вы здесь » GOLIATH. WORLDS COLLIDE » Приёмный раздел » Шень Тинхэ, 28 - следопыт и лазутчик в тайной страже Ситана